-
РАСПРОДАЖА
- Уцененные товары
- Аналои
- Архиерейские и монашеские принадлежности
- Браслеты
- Вентиляция храмов
- Венцы венчальные
- Вертепы рождественские
- Водосвятные баки, чаши, кропила
- Гробницы под Плащаницу
- Дарохранительницы и дароносицы
- Двери храмовые
- Евангелия напрестольные и требные. Апостолы
- Евхаристические наборы и принадлежности
- Жертвенники
- Запрестольные кресты. Запрестольные иконы
- Игры православные. Наборы для творчества
- Иконостасы
- Иконы
- Кадила, кадильницы
- Киоты
- Книги православные. Печатная продукция
- Ковры, ковровые покрытия
- Ковчеги. Мощевики. Раки для мощей.
- Кожгалантерея
- Колокола
- Кольца, перстни
- Косметика
- Крестики нательные
- Кресты напрестольные, требные, аналойные
- Кресты-голгофы напольные для храма
- Кресты наперсные, цепи
- Крестильные ящики для священника
- Купели для крещения
- Купола, кресты
- Ладан
- Лампады и принадлежности
- Литийные (всенощные) блюда
- Масло
- Образки, нательные иконки
- Облачения для священнослужителей
- Облачения и принадлежности храмовые
- Панагии
- Паникадила. Хоросы. Бра
- Панихидные столы и крышки
- Плащаницы
- Подарочные сертификаты ORTOX
- Подсвечники
- Подставки церковные, столы
- Полки для икон, домашние иконостасы
- Пошивочная продукция, сумки
- Престолы. Облачения на престол
- Принадлежности для отпевания и погребения
- Продукты питания
- Просфорные принадлежности
- Роспись храмов
- Свечи
- Свечные лавки. Ящики для свечей. Мебель для притвора
- Седалища, стасидии, троны, скамьи, пуфы
- Семисвечники
- Сени
- Средства для ухода за церковной утварью
- Стрючицы. Кисточки для помазания
- Сувениры
- Уголь кадильный
- Утварь по старинным эскизам
- Утварь в греческих церковных традициях
- Футляры и подарочная упаковка
- Хоругви церковные. Фонари пасхальные. Рипиды
- Цепочки, шнуры, гайтаны
- Церковные сосуды
- Часы
- Четки православные
- Элементы декора храма. Ограждения солеи и амвона
- Ювелирные изделия
- Ящики для пожертвований
Димитрий (князь Абашидзе)
Димитрий (князь Абашидзе), в схиме Антоний (1867 - 1942) – схиархиепископ Таврический и Симферопольский, преподобноисповедник.
В миру князь Абашидзе Давид Ильич, родился в родовом имении Веджины Сигнахского уезда Тифлисской губернии на Покров Пресвятой Богородицы 1 октября 1867 года. Он происходил из древнейших княжеских родов Грузии - по отцовской линии из князей Абашидзе, по материнской был в родстве с княжеским родом Багратуни.
С детства он был обучен танцам, искусству фехтования, верховой езде, с отличием окончил юридический факультет Новороссийского Императорского университета в Одессе в 1891 году. В том же году, неожиданно для близких, поступил в Киевскую духовную академию. На первом курсе академии, 16 ноября 1891 года, был пострижен в монашество с именем в честь святителя Димитрия Ростовского. В 1896 году окончил академию со степенью кандидата богословия и был рукоположен во иеромонаха.
16 августа 1896 года был назначен преподавателем Священного Писания в Тифлисскую духовную семинарию.
В 1897 году - инспектор Кутаисской духовной семинарии. В следующем году был переведен инспектором в Тифлисскую духовную семинарию, где в то время учился Иосиф Джугашвили, будущий глава СССР. Впоследствии в Тбилисском музее имени Ленина много лет хранился семинарский журнал за 1898-1899 с записью об Иосифе Джугашвили за подписью иеромонаха Димитрия: "Сделан был выговор. Посажен в карцер по распоряжению отца Ректора на пять часов".
13 января 1900 года был возведен в сан архимандрита и назначен ректором Александровской Ардонской миссионерской духовной семинарии.
23 апреля 1902 года был хиротонисан во епископа Алавердского и назначен сверхштатным членом Грузино-Имеретинской Синодальной Конторы. Хиротония совершалась в военном Александро-Невском соборе города Тифлиса экзархом Грузии Алексием и епископами Владикавказским Владимиром, Гурийско-Мингрельским Александром, Сухумским Арсением, Имеретинским Леонидом и Горийским Вениамином. При возведении в сан новопоставленный епископ говорил: "Страшное и ответственное служение возлагает на меня Господь... Готов смутиться и устрашиться дух мой и тем, что наступают времена лютые, умножаются нечестие, лжеверие и неверие... И я о Господе не страшусь умножающегося бесчестия... Невозможное человеку – возможно Богу... Восхождение на кафедру епископскую есть приближение к Голгофе. Но Голгофа не может устрашить христианина, для нее мы рождены, ибо без Голгофы нет Воскресения...".
С 4 ноября 1903 года - епископ Гурийско-Мингрельский.
С 16 апреля 1905 года - епископ Балтский, викарий Подольской епархии.
С 20 января 1906 года - епископ Туркестанский и Ташкентский.
Чувствуя приближение революционных шатаний, епископ Димитрий не оправдывал террористических актов в Грузии тех лет. Через год после хиротонии владыка Димитрий говорил в проповеди на панихиде в память убиенного террористами священника отца Георгия Василова: "Каждая капля проливаемой крови создаёт Церкви новых мучеников, готовит её новых членов. Не страшны мучения ни для Церкви, ни для России... ".
С 25 июня 1912 года - епископ Таврический и Симферопольский.
С 1914 года - будучи в святительском сане участник Первой Мировой войны в качестве рядового священнослужителя Черноморской эскадры. 6 мая 1915 года был возведен в сан архиепископа и в тот же день, по его просьбе и с согласия Государя, назначен исполняющим обязанности штатного судового священника на линкоре Св. Пантелеймон. В течении войны не редко бывал в бою. За проявленное мужество он получил редкую награду - панагию на Георгиевской ленте.
На Поместном Соборе Русской Православной Церкви 1917-1918 года владыка Димитрий сыграл видную роль в защите патриаршества против против домыслов его противников, его имя числится в первом, "большом" списке кандидатов на патриарший престол. После падения Кремля, защищаемого юнкерами, архиепископ на Соборе говорил: "Я бы почитал счастьем и честью пасть вместе с юнкерами... ". В эту пору владыка Димитрий не последовал прочим архиереям-грузинам и не присоединился к Грузинской Церкви, самочинно объявившей свою автокефалию восстановленной.
Участвовал 19-24 мая 1919 года по Юго-Восточном церковном Соборе в Ставрополе, на котором было основано Временное Высшее Церковное Управление Юго-Востока России для пределов занятых Добровольческой армией генерала Деникина. По некоторым данным в 1919 году кратковременно пребывал за границей, но вскоре вернулся. В то время как с января 1920 года большинство архиереев юга России стали отбывать за море, архиепископ Димитрий остался. Генерал Врангель обратился с письмом к архиепископу Димитрию с предложением "озаботиться в ближайшие дни изысканием способов устройства высшей церковной власти". Архиепископ Димитрий 6 апреля прибыл в Севастополь и возглавил ВВЦУ в Крыму. По его инициативе в Крыму были объявлены "дни покаяния", к которым он пытался привлечь и красноармейцев. Архиепископ Димитрий обращался с пронзительным Посланием к православному русскому народу, где писал, что: "Не по слабости только, но и по гибельному обольщению согрешил пред Богом народ наш, ибо открыл уши свои ложным и тлетворным учениям сынов тьмы, отвернулся от Бога и поклонился идолам... Люди русские, православные! Явите силу покаяния, возвеличьте Святую Русь делом, словом и мыслью, отвергните соблазны антихристовы... ". Но всенародного покаяния не последовало, многим оно казалось смешным, а вскоре в ноябре 1920 года последнее белое сопротивление было сломлено.
Владыка Димитрий оказался единственным из работавших в ВВЦУ при Врангеле, который по исходе Белой армии не эмигрировал. В Крыму начались массовые репрессии, тысячи людей были убиты, но архиепископ Димитрий остался жив.
В мае 1921 года архиепископ Димитрий поселился в Топловском женском монастыре под Феодосией, который уже тогда именовался трудовой артелью. Официально владыка отошёл от церковных дел, был уволен патриархом на покой, но в действительности продолжал деятельность. Владыка Димитрий несколько раз арестовывался, его судил трибунал, где ему ставились в вину телеграмма, отправленная им Колчаку; тысяча рублей, пожертвованная епархией Добровольческой армии; Послания ВВЦУ, под которыми стоит его подпись. Однако, владыка Димитрий был очень популярен в Крыму и власти отпустили его, но приказали покинуть пределы своей бывшей епархии.
Архиепископ направился в Киев где обосновался в Киево-Печерской Лавре. По воспоминаниям профессора Ивана Никодимова: "Он ежедневно в священнической фелони и омофоре совершал богослужения. Глубокий старец, небольшого роста, он еще носил следы прежней красоты. Черные выразительные глаза выдавали в нем, несмотря на большую седую бороду и белые, как лунь, волосы, в прошлом темного брюнета".
В 1923 владыке было 55, но окружающим он представлялся глубоким старцем. Уже тогда он почитался в Киеве как великий подвижник, молитвенник и духоносный старец, к которому за духовными советами стекались православные из России, Украины, Белоруссии, Грузии. По воспоминаниям архиепископа Чилийского Леонтия: "Жил он не для себя, а для Бога, для Церкви и для людей. Ни один православный епископ, и даже некоторые из обновленцев, впоследствии принесших покаяние, не проезжали мимо его скромного жилища, чтобы не зайти для духовной беседы".
В 1928 году, раздав своё имущество, включая драгоценную панагию и дав на какое-то время обет молчания, архиепископ принял великую схиму с наречением имени в честь Антония Печерского.
Ранней весной 1933 года схиархиепископ Антоний, два его келейника, отец Леонтий (Филиппович) и несколько человек из братии Киево-Печерской Лавры были арестованы.
В том же году 13 марта в спецкорпусе Лукьяновской тюрьмы было заведено Дело № 3651 "По обвинению гражданина Абашидзе А.И. в преступлении, предусмотренном статьей 54-10 и 54-11 УК УССР". Его условно приговорили к 5 годам концлагеря, а потом освободили по постановлению ОСО при Коллегии ГПУ УССР. Больше чекисты его не трогали.
После освобождения схиархиепископ продолжал совершать тайные службы и рукоположения, о чем свидетельствует отец Леонтий (Филиппович), который в октябре 1930 года был по послушанию послан владыкой Антонием, своим духовным отцом, в Тбилиси. В то время в Грузии не было, по его словам, ни одной действующей церкви, ни одного священника, исполнявшего христианские требы. Отец Леонтий, не раз выполнявший поручения своего аввы, вспоминал: "Всюду у меня было много друзей и почитателей, как в городах, так и в селах, благодаря моему старцу, схиархиепископу Антонию".
В октябре 1937 были арестованы монахи давно уже закрытой Киево-Печерской лавры, был арестован и убит в Лукьяновской тюрьме экзарх Украины митрополит Киевский Константин (Дьяков). Одна из его родственниц видела владыку во сне, стоящим у свеженасыпанного могильного холма, митрополит сказал: "Здесь лежит моё тело". Кладбищенский сторож, к которому она решилась обратиться, оказался как раз тем могильщиком, кто зарывал останки митрополита. Схиархиепископ Антоний совершил тайное отпевание священномученика над могилой.
К предвоенному времени относится и воспоминание о старце монахини Сергии (Клименко), когда владыка жил на Кловском спуске, вблизи закрытой Лавры. "Был он такой чудесный, маленький, весь серебряный, с большими "восточными" глазами, глядевшими так приветливо и как-то молодо".
Вскоре после вторжения в пределы СССР, 19 сентября 1941 немецкие части вошли в Киев и вскоре в нижней части Киево-Печерской Лавры – в Ближних и Дальних пещерах – разрешили вновь открыть монастырь. Владыка Антоний поселился в домике бывшего смотрителя Ближних пещер. Иван Никодимов пишет, что "В этом домике для владыки была восстановлена уничтоженная во время советской власти церковка. Здесь схиархиепископ по праздникам и воскресеньям сам служил наедине, без посторонних богомольцев. Помогали ему в этих службах его домочадцы: пело несколько монахинь, которые обслуживали домик, и его секретарь иеромонах Димитрий... Немцы очень интересовались личностью схиархиепископа, и в маршруте их экскурсий по Лавре неизменно стояло посещение владыки Антония".
Схиархиепископ Антоний в 1942 рукоположил Феодосия (Бахметьева) во епископа Пинского. Возможно, это было последние его рукоположение.
Умирая, чувствуя приближение земного конца, владыка Антоний громко взывал к святителю Николаю и всем святым о помощи в предстоящем пути. Скончался владыка 1 ноября 1942 года и был погребен у входа в Ближние пещеры Киево-Печерской Лавры.
Владыка любил повторять: "Епископская власть дана мне не для того, чтобы наказывать, а, чтобы прощать". Он всю жизнь с любовью относился к царской семье, охотно и с чувством глубокой симпатии рассказывал о встречах с ней.
Решением Священного Синода Украинской Православной Церкви от 14 июня 2011 года был причислен к лику преподобных местночтимых святых Киевской епархии с памятью в день кончины 19 октября.
22 апреля 2012 года, в Фомину неделю, митрополит Киевский и всея Украины Владимир (Сабодан) в лаврском храме преподобных Антония и Феодосия Печерских возглавил чин прославления.
Память 1 ноября (19 октября по ст. ст.) в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской.
Вернуться к списку