-
РАСПРОДАЖА
- Уцененные товары
- Аналои
- Архиерейские и монашеские принадлежности
- Браслеты
- Вентиляция храмов
- Венцы венчальные
- Вертепы рождественские
- Водосвятные баки, чаши, кропила
- Гробницы под Плащаницу
- Дарохранительницы и дароносицы
- Двери храмовые
- Евангелия напрестольные и требные. Апостолы
- Евхаристические наборы и принадлежности
- Жертвенники
- Запрестольные кресты. Запрестольные иконы
- Игры православные. Наборы для творчества
- Иконостасы
- Иконы
- Кадила, кадильницы
- Киоты
- Книги православные. Печатная продукция
- Ковры, ковровые покрытия
- Ковчеги. Мощевики. Раки для мощей.
- Кожгалантерея
- Колокола
- Кольца, перстни
- Косметика
- Крестики нательные
- Кресты напрестольные, требные, аналойные
- Кресты-голгофы напольные для храма
- Кресты наперсные, цепи
- Крестильные ящики для священника
- Купели для крещения
- Купола, кресты
- Ладан
- Лампады и принадлежности
- Литийные (всенощные) блюда
- Масло
- Образки, нательные иконки
- Облачения для священнослужителей
- Облачения и принадлежности храмовые
- Панагии
- Паникадила. Хоросы. Бра
- Панихидные столы и крышки
- Плащаницы
- Подарочные сертификаты ORTOX
- Подсвечники
- Подставки церковные, столы
- Полки для икон, домашние иконостасы
- Пошивочная продукция, сумки
- Престолы. Облачения на престол
- Принадлежности для отпевания и погребения
- Продукты питания
- Просфорные принадлежности
- Роспись храмов
- Свечи
- Свечные лавки. Ящики для свечей. Мебель для притвора
- Седалища, стасидии, троны, скамьи, пуфы
- Семисвечники
- Сени
- Средства для ухода за церковной утварью
- Стрючицы. Кисточки для помазания
- Сувениры
- Уголь кадильный
- Утварь по старинным эскизам
- Утварь в греческих церковных традициях
- Футляры и подарочная упаковка
- Хоругви церковные. Фонари пасхальные. Рипиды
- Цепочки, шнуры, гайтаны
- Церковные сосуды
- Часы
- Четки православные
- Элементы декора храма. Ограждения солеи и амвона
- Ювелирные изделия
- Ящики для пожертвований
Преподобномученики Феодор и Василий Печерские
Жития преподобномучеников Феодора и Василия Печерских
Преподобномученики Феодор и Василий Печерские подвизались в ХI в. в Ближних пещерах Киева. Святой Феодор раздал свое богатство нищим, удалился в монастырь и поселился в варяжской пещере, соседней с пещерами преподобного Феодосия. Много лет пробыл он тут в строгом воздержании. Когда враг посеял в нем скорбь о розданном имении, святой Василий утешал его: "Прошу тебя, брат Феодор, не теряй награды; если хочешь имения, возьми все, что есть у меня". Преподобный Феодор раскаялся и сердечно полюбил преподобного Василия, вместе с которым жил в келлии. Однажды преподобный Василий в течение трех месяцев нес послушание вне монастыря. Бес, приняв его облик, явился к преподобному Феодору и указал сокровища, когда-то сокрытые в пещере разбойниками. Инок хотел уже выйти из монастыря, чтобы купить имение и жить в миру. Но когда вернулся преподобный Василий, бесовский обман раскрылся. С тех пор преподобный Феодор стал внимательнее к себе. Чтобы в праздности не увлекаться помыслами, он поставил у себя жернов и по ночам перемалывал зерно. Так долгими и усердными подвигами он освободился от страсти сребролюбия.
До князя Мстислава Святополковича дошел слух, что инок Феодор нашел много сокровищ в пещере. Он вызвал к себе преподобного и велел указать место, где спрятаны ценности. Святой Феодор ответил князю, что и в самом деле он видел в пещере много золота и сосудов, но от соблазна он вместе с иноком Василием зарыл их, а Бог отнял у него память, где оно сокрыто. Не поверив святому, князь приказал замучить его до смерти. Святого Феодора избили так, что вся власяница его была смочена в крови, затем его повесили вниз головой, разложив под ним костер. В пьяном состоянии князь повелел истязать и святого Василия, а затем сам убил его стрелой. Умирая, преподобномученик Василий бросил стрелу к ногам князя Мстислава и предсказал, что скоро он сам будет смертельно уязвлен ею. Пророчество исполнилось: 15 июля 1099 года на стене Владимирской крепости князь Мстислав во время междоусобной войны с Давидом Игоревичем был неожиданно сквозь отверстие доски поражен стрелой в грудь и в следующую ночь скончался. Узнав свою стрелу, князь сказал: "Умираю за преподобномучеников Василия и Феодора".
Житие преподобных отец наших Феодора и Василия, иноков Киево-Печерских
Память 11 августа
«Корень всех зол есть сребролюбие» ( 1Тим.6:10 ), – говорит святой Апостол Павел. Исполнение этого изречения мы видим в настоящем житии преподобных Феодора и Василия: враг и виновник зла возбудил в душе святого Феодора греховные мысли и намерения ничем иным, как сребролюбием; чрез сребролюбие диавол причинил телесные страдания и смерть не только преподобному, но и советнику его, блаженному Василию. Об этих святых отцах повествуется следующее.
Преподобный Феодор во время жизни в миру обладал очень большим состоянием. Услышав однажды слова Господа в Евангелии, – «всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» ( Лк.14:33 ), он последовал им: оставив мир и раздав свое богатство нищим, преподобный Феодор сделался черноризцем Печерского монастыря, ведя жизнь полную подвигов. По приказанию игумена он поселился в пещере, известной под именем Варяжской, где и прожил много лет, соблюдая строгое воздержание. Во время пребывания преподобного Феодора в этой пещере диавол поселил в нем скорбь и сожаление о розданном нищим имении, приводя ему на ум преклонность лет, слабость здоровья и скудость монастырской пищи. Блаженный Феодор не понял, что подобные мысли есть дьявольское искушение. Забывая слова Господа: «не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их» ( Мф.6:25–26 ), и видя нищету свою, он начал приходить от скорби к отчаянию, с каждым днем всё более пленяясь искушением. Однажды он открыл, ничего не утаивая, свою печаль своим друзьям.
Среди черноризцев Печерского монастыря был некто Василий, один из наиболее добродетельных по жизни. Желая извлечь преподобного Феодора из рва отчаяния и утешить его, он сказал ему:
– Молю тебя, брат Феодор, не губи награды своей, но если ты сожалеешь об имении, розданном нищим, то я постараюсь возвратить его тебе в том же количестве: ты только скажи пред Господом, чтобы твоя милостыня вменилась мне, и тотчас избавишься от скорби и снова приобретешь через меня свое имение. Впрочем, смотри, попустит ли это Господь: в Константинополе также некто сожалел о золоте, розданном нищим, и вменил пред Богом милостыню другому, взяв с него деньги, равные розданным; когда он сказал: «Не я, Господи, сотворил милостыню, но она есть дело сего», то тотчас упал среди церкви и умер, потеряв таким образом и золото и жизнь.
Выслушав это, блаженный Феодор образумился и начал оплакивать свое падение, ублажая брата, исцелившего его от столь опасной душевной болезни. О таких людях сказал Господь: «если извлечешь драгоценное из ничтожного, то будешь как Мои уста» ( Иер.15:19 ). С этого времени между Феодором и Василием еще более усилилась любовь друг к другу. С тех пор преподобный Феодор неустанно преуспевал в заповедях Божиих, стараясь совершать всё необходимое для праведной, богоугодной, святой и непорочной жизни. Диавол же подвергся великому посрамлению, не будучи в состоянии окончательно прельстить преподобного Феодора сребролюбием. Он опять вооружился на преподобного, строя новые козни, чтобы возбудить в нем страсть любостяжания. Однажды игумен послал преподобного Василия из монастыря на некоторое послушание, исполнение которого заняло у него три месяца: считая это время удобным для своих козней, диавол, приняв образ Василия, пришел в пещеру к преподобному Феодору как будто для душеспасительной беседы.
– Как ты, – говорил он, – преуспеваешь в добродетельной жизни? Прекратилась ли у тебя борьба с искушениями бесовскими или всё еще продолжается, возбуждая в тебе любостяжание чрез воспоминание о имении розданному нищим?
Преподобный Феодор, не узнав беса и полагая, что с ним говорит брат Василий, отвечал:
– По твоим, отче, молитвам я с успехом выдерживаю борьбу с диаволом и не слушаю возбуждаемых им мыслей, и теперь, что ты мне прикажешь, я охотно исполню, повинуясь тебе: в твоих наставлениях я нашел великую пользу для моей души.
Мнимый же брат, не слыша из уст преподобного Феодора имени Божия, приобрел еще большую смелость:
– Я даю тебе, – сказал он, – новый совет: исполнив его, ты найдешь покой и скоро получишь от Бога вознаграждение в размере розданного тобою имения: проси у Господа Бога, чтобы Он послал тебе множество золота и серебра, и не позволяй никому входить к тебе в пещеру и сам не выходи из нее.
Преподобный Феодор обещал всё это исполнить. Тогда оставил его полный злых ухищрений диавол; незаметно внушая преподобному мысль о приобретении сокровищ, он побуждал его молиться об этом. Блаженный Феодор молил Господа послать ему сокровище, которое он обещался всё раздать нищим. После молитвы он уснул и увидел во сне беса, который, приняв вид светлого ангела, указывал ему на сокровище в пещере. Это видение было не один, а много раз. Спустя некоторое время преподобный Феодор пришел на указанное ему в сновидении место; начав копать, он действительно нашел здесь сокровище, состоящее из золота, серебра и ценных сосудов. После этого бес под видом Василия опять пришел к нему и сказал:
– Где данное тебе сокровище? Явившийся тебе ангел открыл и мне, что по своим молитвам ты получил множество золота и серебра.
Блаженный Феодор не захотел показать ему сокровища. И тотчас коварный бес начал явно советовать ему, влагая и тайные помысли, взять сокровище и удалиться с ним в другую страну. Сначала он сказал преподобному:
– Не говорил ли я, брат Феодор, что ты вскоре получишь от Бога вознаграждение за розданное тобою имение, ибо Он Сам сказал: «всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» ( Мф.19:29 ), и вот теперь в руках твоих богатство; делай с ним, что хочешь!
– Я затем просил его у Бога, – отвечал преподобный, – чтобы всё дарованное мне раздать нищим и думаю, что для этого именно оно и ниспослано мне.
– Смотри, брат Феодор, – возразил враг, – не причинил бы диавол опять тебе скорби через это раздаяние, как прежде; сокровище дано тебе, как замена розданного тобою, и я даю тебе совет: возьми его и иди в другое место, а там приобрети себе землю; и в том месте можешь спастись и избежать бесовских козней. Когда же придет время смерти, то никто не запретит тебе раздать имущество, кому захочешь, и по тебе через это сохранится благодарная память.
Преподобный Феодор отвечал:
– Мне стыдно, что я, оставя мир с его благами и обещавшись окончить жизнь в этой пещере, сделаюсь беглецом и мирским человеком.
– Ты не можешь, – убеждал его диавол, – скрыть здесь сокровища: о нем узнают и тогда возьмут его от тебя. Лучше послушайся меня и исполни скорее, что я посоветую тебе: если бы Богу не было угодно, чтобы ты обладал имуществом, то Он не послал бы тебе сокровища и не известил бы меня, чтобы я тебя наставил.
Тогда блаженный Феодор, поверив бесу, как брату, начал тайно приготовлять повозки и сосуды, в которые бы мог поместить сокровища, чтобы с ними выйти из пещеры и отправиться, куда бы повел его диавол, хотевший хитростью своею удалить святого от места преподобных Антония и Феодосия, от Пресвятой Богородицы и, главным образом, от Бога. Но человеколюбивый Господь, «Который хочет, чтобы все люди спаслись» ( 1Тим.2:4 ), спас по молитвам своих преподобных и раба своего Феодора.
В это время возвратился из путешествия преподобный Василий, ранее избавивший блаженного Феодора от злых помышлений. Желая повидаться с ним, он пришел к нему в пещеру, говоря:
– Как ты проводишь теперь, брат Феодор, жизнь свою по Боге? Давно я тебя не видал.
Преподобный Феодор удивился такому приветствию и сказал:
– Что это ты говоришь, что долгое время не видел меня? Вчера, третьего дня и раньше ты постоянно приходил ко мне, поучая меня, и вот я теперь, отправляюсь, как ты мне велел.
В свою очередь преподобный Василий еще более удивился такому ответу:
– Скажи мне, – спросил он, – что значат твои слова, будто я вчера, третьего дня и раньше постоянно приходил к тебе, наставляя тебя? И куда ты идешь? Я только сегодня возвратился с дороги и ничего не знаю: быть может тебя искушал диавол? Молю тебя, ради Бога не скрывайся от меня.
Преподобный Феодор с гневом сказал ему:
– Что ты искушаешь меня? Зачем смущаешь душу мою, говоря в одно время так, а в другое иначе? Чему я должен верить?
Выразив так ему свою досаду, он прогнал его от себя.
Выслушав это, преподобный Василий удалился в монастырь А бес снова пришел в образе Василия к преподобному Феодору:
– Потерял я окаянный ум, – сказал он, – говоря тебе то, что не следует; поэтому я не помню поношения, нанесенного мне тобою, и повторяю тебе опять: в эту же ночь иди скорее отсюда, захватив свое сокровище.
С этими словами он удалился.
Преподобный же Василий, взяв с собою некоторых старцев, опять пришел к Феодору:
– Бог свидетель, – обратился он к нему, – что прошло три месяца, как я не видел тебя: я был отослан игуменом по монастырским делам; сегодня третий день как я возвратился, а ты, едва только я вошел к тебе, сказал мне, что за всё время моего отсутствия я постоянно приходил к тебе. Думаю, что к тебе приходил в моем образе бес; если хочешь убедиться, сделай так: не позволяй никому из пришедших к тебе начинать беседы с тобою, прежде чем он не сотворит молитвы Иисусовой: если вошедший не захочет, тогда узнаешь, что он есть бес.
После этого преподобный Василий сотворил молитву запрещения, призывая на помощь святых, и, наставив Феодора, ушел в монастырь в свою келлию. Бес не дерзнул снова явиться преподобному Феодору, и для него стало явно коварство обольстителя. С той поры он заставлял каждого приходящего к нему прежде всего сотворить молитву Иисусову и потом уже беседовал с ним. Так преподобный Феодор победил врага и избавился при помощи Божией от уст льва, ищущего добычи (ср. 1Пет.5:8 ). Подобное избавление Господь оказывал и оказывает многим избранникам Своим, скитающимся в пустынях и пропастях, безмолвствующим наедине в затворах: им нужна великая нравственная сила и Божия помощь, чтобы их во время борьбы не победил и не поглотил зверь душегубитель.
Будучи избавлен от рва погибели, преподобный Феодор стал заботиться о том, чтобы впал в яму сам враг рода человеческого: прежде всего он закопал глубоко в землю найденное им сокровище, едва не приведшее его к отпадению от Бога; в то же время преподобный Феодор непрестанно молил Господа, чтобы Он даровал ему забвение места, где зарыто сокровище и отнял от него страсть любостяжания. Господь услышал молитву раба Своего: преподобный Феодор совершенно забыл, где было скрыто им сокровище, и никогда не думал о приобретении богатств; золото и серебро для него стали не дороже грязи.
Затем, чтобы не пребывать в праздности, которая порождает леность, а с нею и беспечность, чем диавол снова мог воспользоваться для своих искушений, преподобный Феодор возложил на себя великий труд: он поставил в своей пещере жернова и начал работать на братию, причем не только сам молол жито, но сам и приносил его из монастыря; ночь он проводил почти без сна, посвящая большую часть ее молитве и работе на ручных жерновах, а днем относил муку и снова приносил жито. Своими трудами преподобный в течение многих лет немало облегчал монастырских рабов, не стыдясь разделять их труд.
Однажды монастырский келарь, увидев, какой тяжелый и мучительный подвиг возложил на себя преподобный Феодор, пришел в умиление: когда было привезено из монастырских сел жито, он отправил пять возов его к преподобному, чтобы он избавил себя от лишнего труда, – не ходил за ним в монастырь. Преподобный Феодор, высыпав жито, принялся за работу, поя псалмы. Утомившись, он хотел немного отдохнуть, вдруг раздался как бы удар грома, и жернова начали сами молоть. Уразумев козни диавола, преподобный Феодор поднялся и начал усердно молиться, после чего сказал громким голосом:
– Господь запрещает тебе, лукавый бес!
Но бес не переставал молоть на жерновах. Тогда преподобный снова сказал:
– Во имя Отца и Сына и Святого Духа, свергшего тебя с небес и давшего во власть угодников Своих, я грешный повелеваю тебе не оставлять работы, пока не перемелешь всё жито: потрудись и ты на святую братию.
Сказав это, он продолжал молитву: бес же не посмел ослушаться и в одну ночь измолол всё жито. Утром преподобный Феодор дал знать келарю, чтобы тот прислал за мукою. Келарь удивился столь необычайному делу, как можно было смолоть в одну ночь пять возов, и сам отправился в пещеру, чтобы вывезти из нее муку, причем совершилось другое чудо: от этого же жита получилось еще пять возов муки. Так сбылось здесь, в сейчас рассказанном событии из жизни преподобного Феодора, слово Апостолов, некогда говоривших Иисусу Христу: «Господи! и бесы повинуются нам о имени Твоем» ( Лк.10:17 ), а также и обетование Самого Слова Божия: «се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью» ( Лк.10:19 ). Лукавые бесы хотели устрашить преподобного Феодора и заставить его повиноваться себе как прежде, во время его прельщения, но вместо этого сами наложили на себя узы рабства, так что принуждены были возопить:
– Мы не будем более появляться здесь.
Преподобные Феодор и Василий установили между собою благочестивый обычай никогда не утаивать своих мыслей, но обоим обсуждать их вместе, чтобы видеть, насколько они богоугодны. По обоюдном совещании, Василий удалился безмолвствовать в пещеру, а преподобный Феодор, как достигший уже старости, вышел из нее с тем, чтобы поселиться в древнем монастыре.
В это время монастырь был сожжен. Деревья на устройство церкви и келлий, пригнанные плотами по Днепру, лежали на берегу, и наняты были работники, чтобы ввести их на гору, но преподобный Феодор, желая сам поставить себе келью, начал на себе носить бревна с берега на гору, не дозволяя никому работать за него. Лживые бесы, забыв свое, вынужденное подневольное работой обещание никогда не приближаться к преподобному, снова начали свои козни: все бревна, какие с великим трудом блаженный Феодор вносил за день на гору, бесы ночью сбрасывали вниз, желая через это добиться его удаления. Поняв козни бесов, преподобный сказал им:
– Именем Господа нашего Иисуса Христа, повелевшего вам войти в свиней ( Мф.8:32 ), я, грешный раб Его, повелеваю вам все бревна с берега перенести на гору, чтобы братия, работающая Богу, не отрывалась от своего труда и могла без ваших козней выстроить храм Пресвятой Богородице и келлии себе; тогда узнаете, что Господь присутствует на этом месте.
В ту же ночь бесы перенесли с берега на гору все бревна, предназначенные для постройки монастыря. Когда утром на берег приехали нанятые для перевозки, то не нашли ни одного бревна; поглядев по сторонам, они увидели, что бревна уже находятся на горе и не свалены в кучу, а разложены в порядке: особо – предназначенные для крыши, особо – для пола и особо – длинные, чрезвычайно тяжелые балки. Всё это, как дело превышающее человеческие силы, возбуждало удивление. Так прославился Господь чрез угодников своих Феодора и советника его Василия; ради их подвигов Господь явил это чудо. Но эти сродные по духу рабы Божии не гордились, видя повиновение себе бесов, следуя наставлению Христа: «не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» ( Лк.10:20 ). Бесы же, столь явно обличенные в своих кознях святыми Феодором и Василием, не могли стерпеть своего поношения, – они когда-то пользовавшиеся, как боги, почитанием и поклонением от язычников, теперь должны были переносить от верных угодников Божиих презрение, унижение и бесчестие, должны были, как рабы купленные, трудиться для них то меля жито, то таская бревна, и к тому же, повинуясь запрещению тех же святых, они должны были удаляться от людей. Поэтому то во время переноски бревен они и вопили, как слышали некоторые:
– О, злые и лютые враги наши Феодор и Василий! Мы не перестанем бороться с вами, пока не предадим вас смерти!
С этого времени лукавые бесы, – не зная, что послужат к еще большему прославлению преподобных, – начали всеми способами возбуждать злых людей на святых Феодора и Василия. Тотчас же, по чудесном перенесении бревен, нанятые для перевозки рабочие подняли возмущение:
– Давай нам, – говорили они блаженному Феодору, – нашу плату: мы не хотим знать, какими хитростями ты вместе с Василием перенес бревна, когда мы готовы были их перенести.
К тому же присудил и недобросовестный судья, будучи подкуплен золотом: не помня угрозы Господа, что судящий неправедно сам будет осужден, он не побоялся сказать преподобному Феодору:
– Пусть помогут тебе платить те бесы, которые помогли перевозить.
Великую скорбь доставило это новое искушение диавола нестяжателю Феодору и советнику его Василию. Не достигши смерти преподобных, диавол, вспоминал свою первую победу над блаженным Феодором, воздвиг опять смертоносную бурю. Приняв образ преподобного Василия, безмолвствовавшего в то время в Варяжской пещере, он пришел к одному из ближайших к князю бояр; это был человек жестокий нечестивый, лично знавший преподобного Василия.
– Феодор, живший до меня в пещере, – сказал ему искуситель, – нашел большое сокровище, состоящее из золота, серебра и ценных сосудов, и хотел, было, бежать с ним, да я удержал его; теперь он притворяется юродивым и имеет сношения с бесами, которым приказывает то молоть жито, то носить бревна на гору с берега; при всем этом он тщательно скрывает найденные им богатства, чтобы удалиться с ним куда-нибудь тайно от меня, когда настанет для этого более благоприятное время; в последнем случае князю, конечно, ничего не достанется.
Услышав это, боярин повел мнимого Василия к князю Мстиславу Святополковичу. Бес рассказал и ему то же самое, присоединив еще следующий совет:
– Схватите его как можно скорее, пока не сбежал, и тогда получите сокровище; если он не захочет расстаться с ним добровольно, прибегните к побоям; но если и после них не согласится отдать, то подвергните его, не жалея, пытке и позовите меня: я пред всеми уличу его и укажу самое место, где спрятано сокровище.
Обольстив, таким образом князя, бес скрылся.
На другое утро князь, точно собравшись на охоту или против неприятеля, в сопровождении множества воинов поехал в монастырь; взяв преподобного Феодора, он привел его к себе в дом и стал сначала с ласкою спрашивать его:
– Скажи мне, отче, правда ли ты, как я слышал, нашел сокровище?
– Да, – отвечал преподобный, – я действительно нашел его, и оно спрятано теперь в пещере.
– Не известно ли, – снова спросил князь, – кто именно спрятал его и как много в нем золота, серебра и сосудов?
– Еще при жизни отца нашего Антония, – сказал блаженный Феодор, говорили о сокровище, спрятанном варягом в этой пещере, отчего она и до сих пор называется Варяжской; я видел его; оно состоит из множества золота, серебра и сосудов, только латинских.
– Почему же ты, отче, не отдашь его мне? – спросил князь. – Я разделю его с тобою, ты возьми сколько тебе будет нужно, и за это ты станешь вместо отца как мне, так и моему отцу (последний в это время находился в Турове).
Преподобный Феодор сказал на это:
– Я бы ничего не потребовал бы себе из того, что мне не принесет никакой пользы, всё бы отдал вам: на вас лежат такие заботы, от которых я совершенно свободен, но Господь отнял у меня всякую память о том месте, где мною зарыто сокровище.
Тогда князь в гневе приказал слугам:
– Скуйте этого монаха по рукам и ногам и не давайте ему даже через три дня хлеба и воды: он не дорожит моими милостями.
После того, как преподобный Феодор был закован, его снова спросили, куда он спрятал сокровище?
Преподобный Феодор отвечал на это то же, что и ранее:
– Я сказал уже, что не знаю, где оно находится.
После этого ответа князь велел его бить, так что власяница, бывшая на преподобном, омочилась кровью; потом, по приказанию того же князя, его повесили в сильном дыму и, привязав сзади, развели под ним огонь. Многие дивились терпению преподобного Феодора: он пребывал среди пламени точно среди росы; огонь не коснулся даже власяницы. Один из видевших это рассказал князю; последний, придя в ужас, опять стал увещевать старца:
– Зачем ты губишь себя, не открывая сокровища, которое должно быть наше?
– Я тебе истину говорю, что по молитвам брата моего Василия был избавлен от сребролюбия, когда нашел сокровище, и теперь, – снова повторяю, – Господь отнял у меня память, где оно зарыто, – отвечал преподобный Феодор.
Выслушав этот ответ, князь тотчас послал за блаженным Василием, которого привели силою, так как он не хотел выходить из пещеры.
– Всё, что ты советовал мне сделать с этим злым старцем, – обратился князь к преподобному Василию, – я сделал, и ничего не достиг и призываю во свидетели тебя, которого желаю иметь вместо отца.
– Что же я тебе советовал? – спросил в недоумении преподобный Василий.
– Он, несмотря на мучения, не хочет открыть, где спрятано им сокровище, которое, как ты сообщил мне, было им найдено, – отвечал ему князь.
– Узнаю козни лукавого беса, – сказал преподобный Василий, – прельстившего тебя, оболгавшего меня и сего честного мужа: вот уже пятнадцать лет, как я не выхожу из пещеры.
– Ты при всех нас говорил князю, – возразили присутствовавшие при разговоре беса с князем.
– Вас всех прельстил бес, – отвечал преподобный, – я не видел ни вас, ни князя.
Разгневанный князь приказал и его, как преподобного Феодора, подвергнуть жестокой пытке. Не вынося обличения и придя в сильнейшую ярость, от опьянения перешедшую в буйство, он взял стрелу и ранил блаженного Василия. Извлекши стрелу из своего тела, преподобный бросил ее князю со словами:
– Этою стрелой скоро сам будешь ранен, – что и сбылось по пророчеству святого. После этого князь велел заключить преподобных, еле живых уже от мучений, в отдельную темницу, чтобы утром подвергнуть их новым, более жестоким пыткам. В ту же ночь оба преподобных отошли ко Господу (в 1098 г.). Господь вывел их души из темницы для прославления Его всесвятого имени в присносущем свете. Узнав об их смерти, пришли братия и, взяв тела святых страдальцев, с честью погребли их в Варяжской пещере, где они проводили свою, полную богоугодных подвигов, жизнь. Впоследствии они были перенесены в пещеру преподобного Антония, где и доныне лежат нетленны в окровавленных одеждах и власяницах, тоже не подвергшихся тлению.
Спустя немного времени после их блаженной кончины, сбылось пророчество преподобного Василия: князь Мстислав Святополкович был ранен стрелою во время битвы с князем Давидом Игоревичем в городе Владимире; узнав стрелу свою, которою ранил преподобного Василия, он сказал:
– Вот я умираю, наказываемый за преподобных Феодора и Василия.
Так злой убийца был наказан за свое преступление; преподобные же страдальцы, как победители диавола, побеждающего сребролюбием, увенчаны не тленным серебром и золотом, но вечною славою и честию: они получили венец от драгоценного Камня – Христа, Ему же честь и слава с Богом Отцом и Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Тропарь Феодору и Василию Печерским, в Ближних пещерах
глас 1
Сою́зом любве́ связа́вшеся, преподо́бнии,/ всяк сою́з ко́зней вра́жиих попра́сте,/ страда́ние же и смерть непови́нне/ от сребролюби́ваго кня́зя претерпе́сте до́бле,/ тем мо́лим вас, вку́пе пожи́вших/ и венцы́ муче́ния прие́мших,/ моли́теся Го́сподеви о нас,/ я́ко да во мно́зей любви́, ве́ре и наде́жди до́бре пожи́вше,/ всегда́ ублажа́ем вас,// Фео́доре и Васи́лие добропобе́днии.
Перевод: Узами любви соединившись, преподобные, всякие узы козней вражеских вы сокрушили, мучение же и смерть неповинно от сребролюбивого князя доблестно претерпели, потому молим вас, проживших вместе и мученические венцы получивших, молитесь Господу о нас, чтобы мы хорошо прожив во многой любви, вере и надежде, всегда прославляли вас, Феодор и Василий, победу мученичеством одержавшие.
Канон преподобномученикам Феодору и Василию Печерским
Минея, 11 Августа, Кано́н преподо́бным
Глас 2
Песнь 1
Ирмос: Нетре́ну, необы́чну,/ немо́кренно морску́ю ше́ствовав стезю́,/ избра́нный вопия́ше Изра́иль:/ Го́сподеви пои́м, я́ко просла́вися.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Нетре́н хотя́й по́стничества путь ше́ствовати,/ Феодо́р сла́вный, ева́нгельски ми́ра сего́ суе́тий отре́кся и бога́тство разда́в ни́щим,/ еди́н би́сер, Христа́, стяжа́, Ему́же и пое́т:/ я́ко просла́вися.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Ви́дя, блаже́нне, я́ко мир во зле лежи́т,/ не восхоте́л еси́ на тле́ние сего́ взира́ти,/ тем всели́лся еси́ в пеще́ру,/ мно́га ле́та пребы́в, воздержа́нию прилежа́ и трудо́м, на Еди́наго взира́я Бо́га.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Зави́дя, враг вселука́вый раска́янием разда́нных име́ний/ вве́рже тя, преподо́бне, во отча́яние, на мно́ги дни помрача́я,/ но ты испове́данием па́ки испра́вился еси́/ и посрами́л еси́ хотя́щаго тя посрами́ти.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Я́ко соверше́н и́нок, соверше́нное нестяжа́ние имы́й,/ увеща́л еси́ Феодо́ра, преподо́бне Васи́лие,/ не раскаева́тися, я́ко прехо́дит ми́ра сего́ о́браз,/ но на Небе́сная взира́ти, я́ко та пребыва́ют во ве́ки.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: От влеку́щаго мя к тле́нию руки́ исхи́ти, Влады́чице,/ к нетле́нным же взира́ти устро́й/ и напра́ви живо́т наш, я́ко Ско́рая Помо́щница и исправле́ние челове́ком.
Песнь 3
Ирмос: Лук сокруши́ся си́льных/ держа́вою Твое́ю, Христе́,/ и си́лою немощству́ющии препоя́сашася.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Лук сокруши́ся велиа́ра, напряже́нный на тя, о́тче,/ ты бо, прие́мь я́ко меч, глаго́лал еси́ Иису́совы моли́твы, пресе́кл еси́ того́;/ и и́же пе́рвее неду́говав, сребролю́бием омра́чаемь,/ последи́, препоя́сався Боже́ственною си́лою, был еси́ врагу́ в я́зву.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Услы́шал еси́, преподо́бне, я́ко погуби́ зла́то и живо́т,/ раска́явыйся иногда́ о разда́нней ми́лостыне,/ пла́кал еси́ го́рько и, тем от сребролю́бнаго неду́га избы́в, возопи́л еси:/ прославля́ю, Бла́же, непостижи́мую Твою́ ми́лость.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
А́ки единоутро́бнии, возлю́бльшеся с собо́ю, Васи́лие и Фео́доре,/ ненави́дящаго добра́ преуспе́янием в за́поведех Госпо́дних посрами́ли есте́ велиа́ра./ И мене́ ко преуспева́нию тех утверди́те,/ да вку́пе прославля́ю с ва́ми непостижи́мую Бо́жию ми́лость.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Отше́дшу Тебе́ на послуша́ние, преподо́бне Васи́лие,/ обре́т враг вре́мя и преобрази́вся в твой о́браз,/ вообрази́ Феодо́ру па́ки любле́ние разда́нных и́мений,/ я́ко не помяну́ Иису́совы моли́твы в бесе́де неполе́зней.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Мня́йся стоя́ти, да не паде́шися, всяк блюди́ся,/ я́коже сбы́стся на Фео́доре блаже́ннем:/ той бо, мня́йся прогна́вый супоста́та, прия́ его́ па́ки,/ и бы́ли бы́ша ему́ после́дняя го́рша пе́рвых,/ а́ще не бы от сих спасла́ его́ непостижи́мая Бо́жия бла́гость.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Нечу́вствен сый, возмни́хся в доброде́телех стоя́ти, неве́дый, я́ко падо́хся,/ но Ты, Ско́рая Помо́щнице, возведи́ мя, Чи́стая Де́во,/ и научи́ мя усе́рдно Бо́жия за́поведи твори́ти,/ да прославля́ю Твою́, Ма́ти Бо́жия, несказанную ми́лость.
Седален, глас 1
До́брую дво́ицу преблаже́нных оте́ц, прииди́те, лю́дие, пе́сньми почти́м:/ си́и бо, мно́го искуше́ни бы́вше, чисте́е злата яви́шася в ми́ре/ и ны́не, Престо́лу Влады́чню предстоя́ще,/ во мно́гих напа́стех бе́дствующим посо́бствуют,/ да прии́мут от всех искуше́ний свобожде́ние.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Ми́ру всему́ Ско́рая Помо́щнице и обурева́емым ти́хое приста́нище,/ нас, вла́ющихся самохо́тных страсте́й волна́ми,/ приведи́ в тишину́ ско́рую бла́гости Твое́я/ и изба́ви от бед пою́щих Ти:/ ра́дуйся, всех ра́досте и спасе́ние.
Песнь 4
Ирмос: Услы́шах, Го́споди,/ сла́вное Твое́ смотре́ние/ и просла́вих, Человеколю́бче,/ непости́жимую Твою́ си́лу.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Услы́шав всегуби́тель, я́ко в бесе́де не помина́еши И́мене Го́спода Иису́са, Фео́доре,/ прия́т де́рзость и сове́тует проси́ти у Бо́га,/ е́же пода́тися Тебе́ мно́жеству зла́та и сребра́,/ разда́ннаго ра́ди твоего́ бога́тства,/ ты же не помяну́л еси́, я́ко хотя́щии богати́тися впада́ют в напа́сть и в зло неисцели́мо.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Вся бе́сом сове́туемая прие́мь, преподо́бне,/ ви́дел еси́ бе́са во сне, а́ки а́нгела во све́тлости вели́цей,/ показу́ющаго Тебе́ в пеще́ре сокро́вище,/ е́же, прокопа́в мало, обре́т, вма́ле не погуби́л еси́ многоце́ннаго би́сера, Христа́,/ Его́же благода́тию, пады́й, па́ки испра́вился еси́.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Ко́рень сребролю́бия в Тебе́ хоти́ прорасти́ти в ве́тви,/ диа́вол вта́йне наноси́мыми помышле́нии и я́ве явле́нием во о́бразе Васи́лия/ сове́тует со обре́тенным зла́том в чу́ждую страну́ бежа́ти/ и притяжа́ти себе́ се́ла на потре́бу,/ да та́ко, удали́вся, преподо́бне, ме́ста сего́ свята́го,/ отпаде́ши и Бо́жия благода́ти.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Живота́ продолже́нием и ста́рости на́шествием враг устраша́я,/ к любоиме́нию привлека́ет тя, Фео́доре,/ хотя́ отъя́ти тебе́ па́мять, да не помина́еши Ре́кшаго:/ не пецы́теся о у́трии, Бог бо пече́тся о вас.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Отъя́т лука́вый мне па́мять, да не помина́ю Ре́кшаго:/ не пецы́теся душе́ю вашею;/ и та́ко в душегу́бную веде́т мя страну́,/ да та́мо, Бо́жия благода́ти обнища́в, сконча́юся./ Но, Чи́стая Де́во, не попусти́ ми в коне́чную сию́ па́сти поги́бель.
Песнь 5
Ирмос: Угль Иса́ии проявле́йся,/ Со́лнце из де́вственныя утро́бы/ возсия́ во тьме заблу́ждшим,/ Богора́зумия просвеще́ние да́руя.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Угль еще́ име́яй, блаже́нне, опаля́ющий со́весть твою́ студо́м, отвеща́л еси́ бе́су:/ обеща́хся зде в пеще́ре живо́т мой сконча́ти,/ ка́ко у́бо ны́не бегле́ц бу́ду?/ Но зде поживу́ и вся сотворю́ повеле́нная тобо́ю.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Па́ки супоста́т предлага́ет,/ я́ко уве́дано бу́дет обре́тенное сокро́вище, и прети́т отъя́тием о́наго,/ с ни́мже сове́тует от ме́ста сего́ бежа́ти,/ его́же послу́шав сове́та, приуготовля́лся еси́ к бежа́нию,/ а́ще не бы́ша удержа́ли тя, Фео́доре, преподо́бных оте́ц моли́твы,/ па́че же Са́мыя Богома́тере десни́ца.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
И́стиннаго послу́шателя и име́ний нестяжа́теля,/ блаже́ннаго Васи́лия, отгна́л еси́, Фео́доре,/ я́ко облича́вша тя, пре́лестию бесо́вскою ослепле́нна,/ той же, отгоня́емь, не пререка́ше, па́че же моля́ше Бо́га,/ да тя изба́вит от сатани́нских ловле́ний.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
При мно́гих свиде́телех да оправди́шися, Васи́лие,/ прише́л еси́ с бра́тиею ко прельще́нному, того́ уверя́я,/ я́ко не с тобо́ю, но с бе́сом, во о́бразе твое́м вчера́ и пре́жде того́ бы́вшим/ и ко́зни своя́ распростира́ющим, он бесе́дова.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Враг многоко́зненный, хотя мя запя́ти,/ во многоли́чныя претворя́ется о́бразы и де́йствует в мы́сли мое́й,/ да удалю́ся Твоего́, Ма́ти Пречи́стая, покро́ва;/ но Ты, Влады́чице, не попусти́ на мя такова́го искуше́ния.
Песнь 6
Ирмос: Глас глаго́л моле́бных/ от боле́зненныя, Влады́ко, души́ услы́шав,/ от лю́тых мя изба́ви:/ еди́н бо еси́ на́шего спасе́ния вино́вен.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Глас глаго́лов Иису́совы моли́твы я́ко услы́ша льсти́вый,/ не дерзну́ к Тебе́, Фео́доре, приступи́ти,/ но, пораже́н, бе́гаше от твое́я пеще́ры,/ ты же, о си́ле тоя́ моли́твы укрепи́вся,/ и вся́кому, к Тебе́ приходя́щему, не отверза́л еси́ двере́й,/ донде́же испове́сть, я́ко Госпо́дь Иису́с Христо́с на́шему спасе́нию вино́вен.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
От толи́каго ро́ва поги́бели изба́влен сый, Фео́доре,/ ископа́л еси́ ров глубо́к и поги́бельное сокро́вище в он вве́ргл еси́,/ присыпа́я и любоиме́ния па́мять, глаго́ля в себе́:/ несть и́но что та́ко и́ноком, я́ко любоиме́ние, душевре́дно.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Мно́гими труды́ томя́ себе́, Фео́доре,/ да не, пра́зден сый, впаде́ши в безстра́шие и ле́ность,/ поста́вил еси́ же́рновы,/ и, меля́ на бра́тию жи́то, во усте́х име́л еси́ непреста́нно Иису́сову моли́тву,/ и та́ко на неви́димаго врага́ укрепи́лся еси́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хотя́ супоста́т устраши́ти тя, блаже́нне,/ сотвори́ глас, а́ки гро́ма, и ме́ляше в же́рновы,/ но ты, разуме́в того́ де́йство, запрети́л еси́ тому́,/ и бысть, а́ки пле́нник, повину́яся и меля́,/ донде́же пять возо́в изме́ле жи́та в нощь еди́ну.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: В ле́ности мя су́ща всегда́ враг пленя́ет/ и поуча́ет мя на непотре́бная дела́,/ но Ты, Мари́е, Ма́ти Бо́га моего́, прожени́ того́,/ мене́ же научи́ порабо́тити плоть ду́ху/ и послужи́ти Бо́гу моему́ в преподо́бии и правде.
Кондак, глас 2
Добр сове́тник я́влься блаже́нному Феодо́ру, Богому́дре Васи́лие,/ изба́вил еси́ того́ сове́том свои́м от пре́лести диа́воли/ и ко све́ту богора́зумия наста́вль./ С те́мже по́слежде блаже́нную прия́л еси́ кончи́ну,/ устреле́н непра́ведно быв во утро́бу от сребролюби́ваго князя./ И ны́не, предстоя́ Го́сподеви,/ моли́ся непреста́нно о всех нас.
Икос
Премно́жеством доброде́телей ва́ших, преподо́бнии,/ я́ко сад кра́сный, испо́лнь су́ще/ и, я́ко от ра́я, процвели́ есте́ поще́нием и моли́твами,/ всех благоуха́юще от вони́ мно́гих ва́ших трудо́в, и по́двигов, и пото́в преподо́бнических,/ в ни́хже преидо́сте благоиску́сно к безско́рбному животу́/ и венце́м побе́дным увязо́стеся;/ моли́те непреста́нно о всех нас.
Песнь 7
Ирмос: Вети́и яви́шася о́троцы любому́дрейшии дре́вле,/ от богоприя́тныя бо души́, богосло́вяще устна́ми, поя́ху:/ Пребоже́ственный отце́в и наш Бо́же,/ благослове́н еси́.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Вети́йствовати, блаже́ннии отцы́, хотя́ще,/ о мы́слех открыва́ху друг дру́гу и разсужда́ху о́ба, а́ще богоуго́дны мы́сли их бы́ша./ Сих, бра́тие, подража́юще,/ разсужде́нием бра́тним мы́сли своя́ искуша́йте, ки́я суть от Бо́га.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
По́двигом и трудо́м преподо́бнаго Феодо́ра ревную́ще,/ не дади́м труда́ на́шего и́ным,/ но я́коже той сам на ке́ллию свою дрова́ ноша́ше,/ та́ко и мы потруди́мся на нас,/ а́ще хо́щем, да враг нам празднолю́бием не стужа́ет.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Ненави́дяще, бе́си блаже́нному па́кости творя́ху,/ ели́ко бо той со мно́гим трудо́м древа́ на го́ру ноша́ше,/ толи́ко они́ па́ки с горы низверга́ху,/ но, труд заде́юще ста́рцу, са́ми подъя́ша труды́ и томле́ние.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Вервь треплете́нна есть непреста́нная моли́тва от чи́ста се́рдца,/ е́юже Феодо́р блаже́нный связа́ зло́бныя ду́хи,/ и бы́ша ему́, а́ки пле́нницы, повину́ющеся/ и нося́ще древа́ на созида́ние ве́тхаго монастыря́, и́же сгоре́ пре́жде.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Мно́гими труды́ лука́вии ду́си томи́ми и безче́ствуеми,/ вопия́ху на блаже́нных, хваля́щеся и глаго́люще:/ лю́тии нам супоста́ти, Фео́дор и Васи́лий,/ с ни́миже не преста́нем бра́тися, до́ндеже предади́м я сме́рти,/ не ве́дуще, я́ко сим честне́йшему венцу́ вино́вни бу́дут.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Тобо́ю, Влады́чице, укрепля́ема ви́дяще мя, бе́сове скреже́щут зубы/ и хва́лятся непреста́нно бра́тися со мною, до́ндеже одоле́ют./ Но Ты, Засту́пнице моя́, не преда́ждь мя в их ру́ки,/ но изми́ мя от тех наве́тов.
Песнь 8
Ирмос: О подо́бии зла́те небре́гше, треблаже́ннии ю́ноши,/ неизме́нный и живы́й Бо́жий о́браз ви́девше,/ среди́ огня́ воспева́ху:/ осуществова́нная да пое́т Го́спода вся тварь/ и превозно́сит во вся ве́ки.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Подо́бием вся́каго злохи́трства своего́ нача́ша бе́сове поощря́ти злы́я челове́ки,/ да бы́ша погуби́ли тя, Фео́доре,/ те́мже ная́тии изво́зницы со мно́гою укори́зною к судии́ оклевета́ша тя, свя́те;/ но ты, о сем не радя́, взыва́л еси́:/ да пое́т Го́спода вся тварь и превозно́сит его́ во ве́ки.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
В подо́бии блаже́ннаго Васи́лия прии́де бес па́ки к не́коему боля́рину безчелове́чну,/ оклевета́я Фео́дора за обре́тенное сокро́вище,/ с ни́мже, рече́, хо́щет на и́ну страну́ бежа́ти;/ злочести́вый же он не ве́дяше,/ я́ко святи́и еди́но сокро́вище и́мут, Христа́,/ Его́же превозно́сят хвала́ми во ве́ки.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
В подо́бии Васи́лия злочести́вый боля́рин приведе́ ко кня́зю бе́са,/ и́же и тому́ солга́ о сокро́вищи на тя, свя́те,/ и сове́товаше, да и́мут и мно́гими му́ками да истя́жут от Тебе́ зла́то;/ но ты, блаже́нне, ничто́же боя́ся, кре́пко вооружи́лся еси́ на супоста́та,/ удали́вшагося от Го́спода во ве́ки.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Во у́трие князь, а́ки на лов или́ на не́коего во́ина кре́пкаго сам иды́й,/ улови́ тя, блаже́нне, и, приве́д в дом, пе́рвее ласка́нии истя́зоваше сокро́вища от Тебе́,/ ему́же отвеща́л еси́, свя́те:/ обрето́х сокро́вище и ви́дех мно́жество сосу́дов златы́х,/ я́же па́ки закопа́х, я́ко ми неполе́зно,/ и моли́х Го́спода, да забу́ду о́но во ве́ки.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Закопа́х вве́ренный мне тала́нт, я́ко раб лени́вый,/ и ника́коже па́мятьствую, я́ко и́мам о приобре́тении о́наго отве́т да́ти моему́ Влады́це./ Тем молю́ Тя, Всечи́стая Пресвята́я Де́во,/ помози́ ми тала́нт сотвори́ти сугу́бый,/ я́ко да обря́щу Го́спода моего́ ми́лостива во ве́ки.
Песнь 9
Ирмос: Весь еси́ жела́ние, весь сла́дость,/ Сло́ве Бо́жий, Де́вы Сы́не,/ Бо́же бого́в, Го́споди, святы́х Пресвяты́й,/ тем Тя вси с Ро́ждшею велича́ем.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Жела́я разреши́тися от уз плотски́х и со Христо́м бы́ти,/ свя́зан был еси́ от кня́зя непови́нне;/ и, му́чим кре́пко, му́чащаго врага́ уму́чил еси́, Фео́доре блаже́ннейший.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
От пло́ти твое́я струя́ми кровь теча́ше и обагри́ власяни́цу,/ в ню́же, а́ки во многоце́нную порфи́ру, оде́ян, в Небе́сный Чертог вшел еси́,/ иде́же с Ро́ждшею Бо́га в Тро́ице велича́еши.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Пове́шен и ды́мом удавля́емь,/ та́же огне́м зело́ опаля́емь был еси́, блаже́нне,/ но Бо́жия десни́ца сохрани́ тя це́ла,/ я́ко ниже́ власяни́це твое́й огнь прикосну́ся,/ и, а́ки в прохла́дне ме́сте, во пла́мени стоя́, Христа́ с Ро́ждшею прославля́л еси́.
Припев: Святи́и преподобному́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.
Пре́лести бесо́встей ве́ровав князь,/ дерзну́ я́ти тя, Ца́рствующего над страстьми́, Васи́лие,/ и послу́ха хотя́ име́ти на Фео́дора, вопроша́ше о сокрове́ннем зла́те;/ ты же несумне́нно того́ и предстоя́щих обличи́л еси́,/ я́ко бесо́м прельще́нных.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Шу́мен сый от вина́, не стерпе́в обличе́ния твоего́,/ князь безу́мный стрело́ю уязви́ тя от лу́ка;/ ты же, блаже́нне, проро́чествовал еси́ ему́, глаго́ля,/ я́ко и сам то́южде стрело́ю я́звен бу́дет,/ и сбы́стся глаго́л твой, блаже́нне, вскоре.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Возшуме́ша врази́ на́ши, Госпоже́, и обыдо́ша о́крест,/ пуща́юще грехолю́бныя на ны стре́лы./ Но Ты, Влады́чице, град су́щи тве́рд, стена́ необори́ма и щит кре́пкий,/ защити́ и сохрани́ с Сы́ном Тя велича́ющих.
Светилен
В темни́цу вве́ржени, отцы́ блаже́ннии,/ по мно́гих му́ках изведе́ ду́ши ва́ша Госпо́дь от уз плотски́х/ и введе́ во свет присносу́щный испове́датися И́мени Его́ свято́му,/ иде́же со а́нгельскими ликостоя́нии веселя́щеся,/ помяни́те и нас, ле́тнюю па́мять ва́шу почита́ющих.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Уловле́н сый грехолю́бными сетьми́ от супоста́та/ и в темни́цу со́вестнаго ослепле́ния вве́ржен,/ не ви́жду со́лнца за́поведей Го́спода моего́,/ но к Тебе́, Чи́стая, вопи́ю:/ возсия́й ми покая́ния со́лнце и согре́й луча́ми бла́гости Твоея́ оледене́вшее се́рдце,/ да сла́влю вы́ну Твою́ ско́рую по́мощь.
Вернуться к списку